Full text

Одной из ключевых составляющих процесса социализации современной экономики в России является развитие и удовлетворение всё возрастающих социальных потребностей населения. Социальные потребности становятся важным звеном в социальной ориентации экономической системы, поскольку формируют новый вектор развития общества, связанный с повышением роли и значения социальной сферы в экономическом развитии регионов [1]. Существование социальных потребностей обусловлено тем, что в центре социально-экономической системы общества находится человек. Это влечет за собой качественные сдвиги в системе потребностей, образе жизни населения региона [2].

В современном обществе круг необходимых потребностей все больше расширяется, происходит их социализация, поскольку удовлетворение потребностей связано с формами социальной жизни. Процессы, влияющие на систему общественных потребностей, динамичны и противоречивы, поэтому возникает необходимость их постоянного мониторинга для того, чтобы перенаправлять ресурсный потенциал региона на достижение приоритетных целей развития, так как именно потребности влияют на приоритеты социального развития, а также выступают в качестве предпосылок формирования интересов населения [3].

Оценка потребностей социальных групп должна производиться на основе анализа совокупных нужд населения региона, сформированных в русле определенной системы ценностей данного социума, норм, реализации его потребностей, функционирования и развития.

В целом система потребностей современного человека состоит из двух уровней и образует иерархию. Низшие определяются как экономические или материальные, высшие – как социальные и духовные потребности. По мере экономического роста и общественного развития меняется наполненность этих двух видов потребностей и соотношение между ними. В целом данные формы образуют социально-экономические потребности населения региона, находящиеся в основе мотивов всякой деятельности. Необходимо подчеркнуть, что социально-экономические потребности детерминируют качество и уровень жизни людей, а следовательно, и степень материального и социального благополучия населения всей территории в целом. Исходя из этого, оценка социально-экономических потребностей населения региона может производиться на основе статистических показателей, измеряющих уровень жизни и состояние здоровья граждан. В данном случае выделяются такие индикаторы, как ожидаемая продолжительность жизни при рождении, первичная заболеваемость населения, а такжепотребительские расходы домашних хозяйств на здравоохранение,отражающие качество жизни населения и медико-социальное благополучие территориальных образований [4].

Показатель ожидаемой продолжительности жизни по своей информативности является одним из базовых в характеристике социально ориентированной экономики, благополучия населения.В этом качестве он входит в индекс человеческого развития вместе с достигнутым уровнем образования и уровнем жизни, измеряемыми на базе реального ВВП на душу населения в долларах паритета покупательской способности. Исследование статистических данных, описывающих ожидаемую продолжительность жизни в России, обнаруживает положительную динамику ежегодного роста данного показателя. Так, например, в 2008 г. ожидаемая продолжительность жизни населения составляла 68 лет, в 2011 г. – 69,83 года, в 2015 г. – 71,39 года. Соответственно, за период 2007–2016 гг. ожидаемая продолжительность жизни в России выросла на 6,3%.

При сопоставлении ожидаемой продолжительности жизни у мужчин и женщин обнаруживается, что в среднем женщины живут примерно на 11,5 года больше, чем мужчины. Необходимо отметить, что этот разрыв был меньше в период 2005–2014 гг.: разница между данными показателями у мужчин и женщин составляла 10 лет. Особенно ярко данный тренд проявился в 2007 г., когда разница в ожидаемой продолжительности жизни у мужчин и женщин была 12,5 года (у мужчин – 61,39 года, у женщин – 73,90) [5]. По мнению исследователей, ключевую роль в том, что в России ожидаемая продолжительность жизни ниже, чем в развитых европейских и североамериканских странах, а также Японии, играет увеличение смертности людей трудоспособного возраста, главным образом мужчин [6]. Тем не менее в Российской Федерации в последующие годы описываемый показатель возрастал как у мужчин, так и у женщин.

Исследуя ожидаемую продолжительность жизни в региональном разрезе за 2016 г., обнаруживаем, что самый высокий показатель регистрировался в республиках Ингушетии (80,82 года), Дагестане (77,23) и Москве (77,08). Примечательно, что в 2014 г. данные регионы также занимали лидирующие позиции по обследуемому индикатору: в Республике Ингушетии – 79,42 года, Москве – 76,7; Республике Дагестан – 75,83 года. Минимальные показатели ожидаемой продолжительности жизни зафиксированы в Республике Тыва (64,21 года), Чукотском автономном округе (64,42) и Еврейской автономной области (65,88). Несмотря на небольшой рост, эти регионы начиная с 2014 г. остаются наиболее проблемными по показателю ожидаемой продолжительности жизни населения (в этот период в Республике Тыва данный показатель составлял 61,79 года, Чукотском автономном округе – 62,32, Еврейской автономной области – 65,2 года) [7].

Анализ ожидаемой продолжительности жизни по федеральным округам показал, что её наиболее высокие значения в 2016 г. зафиксированы в Северо-Кавказском федеральном округе (75,13 года). Самые низкие регистрировались в Дальневосточном федеральном округе – 69,22 года. Среди регионов Российской Федерации по уровню ожидаемой продолжительности жизни за 2016 г. Республика Башкортостан занимала 40-е место из 85 возможных, демонстрируя относительно невысокий уровень. В целом в период 2007–2016 гг. ожидаемая продолжительность жизни населения республики возросла на 4,6%: 2007 г. – 67,9 года; 2009 г. – 69,1; 2011 г. – 69,04 года; 2014 г. – 69,76; 2016 г. – 71 год [8].

Ожидаемая продолжительность жизни мужчин и женщин в Республике Башкортостан также существенно различается. В 2016 г. этот показатель у мужчин составлял 65,33 года, у женщин – 76,77, что указывает на то, что у женщин в Башкортостане ожидаемая продолжительность жизни примерно на 11 лет выше, чем у мужчин. Примечательно, что в 2014 г. эта разница была больше и составляла 12 лет (у мужчин – 63,79 года; у женщин – 75,99). Таким образом, за 2016 г. разрыв между ожидаемой продолжительностью жизни у мужчин и женщин в республике сократился [9].

Таким образом, в Российской Федерации, в том числе и в Республике Башкортостан, в период 2007–2016 гг. наблюдался рост ожидаемой продолжительности жизни населения: в России на 6,3%, в Башкортостане на 4,6%. Однако исследование индикатора в гендерном разрезе показало, что за обследуемый период в Российской Федерации женщины живут примерно на 11,5 года больше, чем мужчины, та же тенденция прослеживается и в Республике Башкортостан, что связано с ростом смертности населения трудоспособного возраста, особенно мужчин. Следовательно, потребность населения регионов в здоровой и продолжительной жизни удовлетворяется частично: с одной стороны, фиксируется рост ожидаемой продолжительности жизни населения, с другой – наблюдается серьезная разница в данном показателе у мужчин и женщин, связанная с увеличением смертности мужчин.

Следующим показателем, описывающим качество жизни населения, его состояние здоровья, является первичная заболеваемость населения,представляющаясобой впервые зарегистрированные в текущем году заболевания. Индикатор рассчитывается как отношение числа вновь возникших заболеваний (заболеваний с впервые установленным диагнозом) к средней численности населения, умноженное на 1000 – заболеваемость на 1000 чел. населения (зарегистрировано больных с диагнозом, установленным впервые в жизни).

Заболеваемость является одним из критериев оценки состояния здоровья населения, характеризующим уровень (распространенность), структуру и динамику зарегистрированных болезней среди населения в целом или в его отдельных группах (возрастных, половых, территориальных, профессиональных и др.). Заболеваемость является важнейшим показателем общественного здоровья, критерием оценки качества и эффективности оздоровительной работы, объективным индикатором медико-социального благополучия. Показатели заболеваемости отражают реальную картину жизни населения и позволяют выявить проблемные ситуации для разработки конкретных мер по охране здоровья граждан и его улучшению в общегосударственном масштабе [10].

В период 2007–2016 гг. первичная заболеваемость россиян продолжала увеличиваться: в 2016 г. она выросла на 2,3% по сравнению с 2007 г. Необходимо проследить, как менялся данный показатель за исследуемые 10 лет: в 2007 г. первичная заболеваемость населения составляла 767,3 на 1000 чел. населения; в 2009 г. – 797,5 (отмечен значительный скачок индикатора почти на 4%); в 2011 г. – 796,9 на 1000 чел. населения (небольшое снижение); в 2013 г. – 799,4; в 2016 г. – 785,3 на 1000 чел. населения. Отчасти рост первичной заболеваемости объясняется неизбежным следствием старения населения, отчасти – ухудшением состояния его здоровья.

В 2016 г. самые высокие показатели первичной заболеваемости населения фиксировались преимущественно в автономных округах: Ненецком (1380,7 на 1000 чел. населения), Чукотском (1289,4) и Ямало-Ненецком (1180,4). По сравнению с предыдущим годом в Ненецком автономном округе первичная заболеваемость населения снизилась на 2,9% (1421,4 на 1000 чел. населения – в 2015 г.). Минимальные показатели первичной заболеваемости за 2016 г. регистрировались в таких регионах, как Кабардино-Балкарская Республика (447,3 на 1000 чел. населения), где исследуемый показатель за 2016 г. снизился на 4% в сравнении с 2015 г. (466,2 на 1000 чел. населения), г. Севастополь (515,8) и Чеченская Республика (517,7). Итак, в региональном разрезе разница между наибольшим и наименьшим значениями показателя первичной заболеваемости населения за 2016 г. составила 933,4 на 1000 чел. населения, в 2007 г. – 715, что указывает на увеличение разброса регионов по заданному признаку [11].

Рост первичной заболеваемости в России наблюдался по всем классам болезней. Наиболее существенное увеличение числа зарегистрированных больных с впервые установленным диагнозом было отмечено по классу болезней органов дыхания (к 2016 г. первичная заболеваемость по данному классу заболеваний выросла в 1,2 раза по сравнению с 2005 г.); травмы, отравления и некоторые другие последствия внешних причин (в 2016 г. – 89,1 на 1000 чел.населения); заболевания мочеполовой системы (в 2016 г. – 45,6); кожи и подкожной клетчатки (в 2016 г. – 42,5 на 1000 чел.населения) [12].

К этому необходимо добавить, что в период 2007–2016 гг. число больных с впервые в жизни установленным диагнозом туберкулеза особенно сильно возросло в 2008 г. (85,1 на 100 тыс. населения). Таким образом, в два раза была превышена эпидемиологическая норма, установленная Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ). В соответствии с её нормативами если уровень заболеваемости туберкулезом в стране держится на уровне 50 случаев на 100 тыс. населения, то можно говорить об эпидемии [13]. Между тем начиная с 2009 г. и до конца 2016 г. первичная заболеваемость по данному классу снизилась в 1,5 раза (с 82,6 на 100 тыс. населения в 2009 г. до 53,3 – в 2016 г.). Несмотря на это, по меркам ВОЗ, данный показатель в России остается на весьма высоком уровне [14].

В Республике Башкортостан в период 2007–2016 гг. показатель первичной заболеваемости населения снизился на 8,6%. Устойчивое снижение первичной заболеваемости населения фиксируется в республике на протяжении 2007–2013 гг.: в 2007 г. – 924,3 на 1000 чел. населения, в 2013 г. – 841,3. С 2014 г. наблюдаемый показатель возрос на 2,5% (в 2014 г. – 862,6 на 1000 чел. населения). Однако в период 2015–2016 гг. первичная заболеваемость населения республики снова снизилась (с 849,8 на 1000 чел. населения в 2015 г. до 844,9 – в 2016 г.).

Объективные показатели здоровья населения могут быть дополнены субъективными, полученными в результате опроса самооценками состояния здоровья населения. Социологические данные, полученные в ходе четвертого ежегодного опроса «Bayer Барометр», посвященного исследованию мнения россиян об определенных факторах качества жизни (октябрь 2017 г.), выявили, что самыми важными характеристиками по-прежнему остаются здоровье, безопасность, стабильный заработок, экология, качество и доступность продуктов питания, а также доступность медицинской помощи: среднее значение важности этих показателей для опрошенных составляет 4,61 и более баллов из 5. В то же время оценки удовлетворенности этими характеристиками находятся в пределах от 3,1 балла (для критерия доступности медицинской помощи). В целом все тестируемые критерии преодолели пороговое значение «удовлетворенности» – 3 из 5 баллов. Самая важная, по мнению россиян, характеристика качества жизни –здоровье – слагается в первую очередь из эмоционального состояния (32%), экологической обстановки (28%), доступности квалифицированной медицинской помощи (24%) и качества продуктов питания (24%) [15].

Между тем оценка качества медицинских услуг населения в июле 2017 г. показала, что среди 1600 опрошенных большинство (41%) ответили, что качество медицинской помощи не изменилось. При этом 39% респондентов обратили внимание на снижение качества оказываемых медицинских услуг, и только 16% признали, что эти услуги стали за последний год лучше [16]. Предполагается, что такая оценка услуг здравоохранения предопределена ростом заболеваемости населения и ограничением возможности доступа к по-настоящему качественной и эффективной медицинской помощи.

Примечательно, что при проведении такого же исследования в июле 2007 г. 27% респондентов отметили ухудшение качества медицинских услуг, 23% указали на их улучшение [17]. Таким образом, если в 2007 г. респонденты более оптимистично оценивали состояние медицинской помощи в России, то к 2017 г. разрыв между оценками «ухудшилось» и «улучшилось» увеличился. В этом случае следует говорить о нарастании негативных тенденций в сфере отечественного здравоохранения [18].

Таким образом, в период 2007–2016 гг. в Российской Федерации наблюдались тенденции устойчивого роста показателя первичной заболеваемости населения (2,3% по отношению к 2007 г.). Выявленные тенденции подтверждены социологическими данными, полученными в ходе Всероссийского опроса, проведенного ВЦИОМ в 2007 г., 2017 г. В Республике Башкортостан за обследуемый период первичная заболеваемость снизилась на 8,6%, что расценивается как положительный тренд в сфере регионального здравоохранения. Тем не менее в целом данные свидетельствуют о том, что потребности населения в качественной медицинской помощи удовлетворяются не в полном объеме.

Основным звеном в оценке социально-экономических потребностей населения региона остаются вопросы его экономического положения, расслоения общества на бедных и богатых, проблемы дороговизны жизни, повышения тарифов, низких зарплат и достойных заработков. Комплекс этих социально-экономических проблем результируется в таком статистическом показателе, как потребительские расходы домашних хозяйств на здравоохранение,поскольку данные расходы определяют уровень жизни населения, степень его благосостояния. Возможность тратить больше средств на сохранение своего здоровья – прерогатива домохозяйств с более высоким материальным достатком, так как у бедных и малообеспеченных слоев населения есть лишь ограниченный набор ресурсов, который они готовы потратить преимущественно на продукты питания и товары первой необходимости [19].

Таким образом, поляризация населения, недостаток денежных и иных ресурсов приводят к неравному доступу различных слоев населения к товарам и услугам, прямо или косвенно способствующим улучшению состояния здоровья. Низкий уровень и качество жизни граждан являются причиной более ограниченных расходов домохозяйств на здравоохранение, куда входят покупка лекарств, посещение врачей, возможность санаторно-курортного лечения всех членов домохозяйства и т. д. Следовательно, между расходами населения на здравоохранение и его материальным обеспечением существует устойчивая взаимосвязь, установленная в ходе статистического анализа.

По результатам выборочного обследования бюджетов домашних хозяйств, прово­димого органами государственной статистики, за последние 10 лет (2007–2016 гг.) потребительские расходы домохозяйств на здравоохранение практически не менялись. За данный период показатель вырос всего на 0,5%. Тем не менее наименьший индикатор расходов на нужды здравоохранения фиксировался в 2008 г. – 2,9%; 2013–2016 гг. затраты населения на здравоохранения оставались на уровне 3,6%. Отсутствие тенденции стабильного роста обследуемого показателя говорит о недостатке у населения материальных возможностей тратить значительную часть своего дохода на нужды здравоохранения. Предполагается, что основную массу денежных средств граждане предпочитают расходовать на покупку продуктов питания и безалкогольных напитков (в 2016 г. данные затраты составили 32,3% от всех расходов домохозяйства); транспорт (в 2016-м – 13,3%), а также на жилищно-коммунальные услуги и топливо (в 2016 г. – 11,3%). Примечательно, что покупка таких, казалось бы, значимых товаров, как одежда и обувь, в структуре потребительских расходов домашних хозяйств стоит только на четвертом месте [20].

Думается, это связано с такой предположительной схемой расходов среднестатистического россиянина. Во-первых, любое с точки зрения уровня и качества жизни домохозяйство вероятнее всего тратит часть своего дохода на продукты питания (при этом у более обеспеченного населения доля этих затрат существенно ниже, чем в домохозяйствах со средним достатком). Во-вторых, в связи с постоянным удорожанием проезда в общественном транспорте, а большая часть граждан пользуется в основном данным видом транспорта, увеличиваются именно транспортные расходы. В‑третьих, услуги ЖКХ, также ежегодно возрастающие в цене, являются обязательной статьей расходов каждого домохозяйства. Наконец, когда все основные расходы распределены, оставшиеся средства идут на покупку одежды и обуви, других товаров и услуг (в 2016 г. – 7%), организацию отдыха и культурные мероприятия (в 2016 г. – 6,7%).

Иначе говоря, затраты на сохранение здоровья всех членов домохозяйств, в том числе и детей, в структуре потребительских расходов занимают лишь 8-е место, оставляя за собой затраты на посещение гостиниц, кафе и ресторанов (в 2016 г. – 3,5%), связь (в 2016 г. – 3,3%), а также покупку алкогольных напитков и табачных изделий (в 2016 г. – 3,1%). Примечательно, что последняя статья расходов лишь на 0,5% меньше, чем затраты на здравоохранение, т. е. расходы на товары и услуги, по сути дела, препятствующие ведению здорового образа жизни, практически такие же, как и расходы на сохранение и поддержание здоровья [21].

Итак, социально-экономические потребности населения, воплощенные в возможности продолжительной, активной жизни, качественной и эффективной медицинской помощи, а также материальном благополучии, позволяющем иметь и тратить достаточно средств на сохранение своего здоровья, удовлетворяются не в полной мере [22]. Рост ожидаемой продолжительности жизни оценивается как позитивная тенденция, однако значительное превышение ожидаемой продолжительности жизни женщин по сравнению с мужчинами, т. е. рост мужской смертности, указывает на негативный тренд в оценке состояния здоровья населения. Более того, увеличение первичной заболеваемости населения, а также отсутствие роста затрат на здравоохранение в структуре потребительских расходов домохозяйств также свидетельствуют о сложной ситуации, сложившейся в системе отечественного здравоохранения.