Full text

Введение / Introduction

 

История педагогики и образования богата свидетельствами того, как мировоззренческая позиция и педагогические идеи определенной группы людей или даже одного конкретного человека оказали влияние на развитие образовательной практики и раздвинули научные горизонты. Персонализация в конкретизации и оценке фактов, явлений, событий или процессов позволяет глубже понять их сущность, содержание, механизмы. Наглядным примером тому служит ситуация, сложившаяся в датской системе образования XIX века, когда на ее существенное преобразование оказали идеи и труды Николая Фредерика Северина Грундтвига (1783–1872) [1].

В исследовании была поставлена цель: выявить и обосновать философско-педагогические идеи Н. Ф. С. Грундтвига, показать их влияние на развитие датской образовательной системы в целом и на деятельность народных школ для молодежи – действенной альтернативы государственным школам – в частности.

Заявленная цель была детализирована рядом задач. Перед нами стояла задача конкретизации философско-педагогических идей Н. Ф. С. Грундтвига. Ее дополняла задача обоснования воздействия на их становление и развитие социально-культурного, политического контекста, характерного для Дании XIX столетия, а также научных положений и выводов представителей немецкой идеалистической философии И. Г. Гердера [2], И. Г. Фихте [3], В. фон Гумбольдта [4]. Их решение позволило дать ответ на задачу, связанную с обоснованием влияния данных идей на развитие народных школ для молодежи в Дании XIX века

 

Обзор литературы / Literature review

 

Изучение образа мышления Н. Ф. С. Грундтвига и его многочисленных работ началось еще при жизни мыслителя, однако научный интерес к его работе достиг своего пика в XX веке, когда происходило активное распространение народных школ для молодежи не только в Скандинавии, но и в других странах. Сам философ был автором [5] ряда статей и материалов с описанием идеи создания народных школ для молодежи, которые считались им «школами для жизни», по сравнению с существующими в XIX веке государственными учебными заведениями. В этих материалах автор подробно излагал свое видение будущих школ в деталях, начиная с расписания и заканчивая методикой преподавания предметов. И. В. фон Гёте писал о языке как об орудии, годном для целесообразного и произвольного применения; в основе языка лежит правда как рассудочная и разумная способность человека [6]. И. Г. Фихте [7] в обращении к немецкой нации указал на возможность возрождения национального духа и сознания путем организации школы принципиально нового типа. Это учебное заведение, работа которого, прежде всего, будет строиться на основе национальных традиций и ценностей, определяя в качестве приоритета духовное воспитание и обучение, стимулирующее развитие гражданина и личности. Х. И. Г. Гейне [8], осмысливая общую ситуацию с философией в Германии в 1830-х гг., начинает с размышлений о религиозной мысли и утверждения, что немецкая философия произошла из основ протестантизма, и заканчивает возвеличиванием философии Иммануила Канта, сопоставляя его с Мартином Лютером. И. Х. Ф. Шиллер [9] в лекциях по эстетике защищает в качестве идеала красоты идеал свободного и гармоничного развития человеческой личности, основанный на согласном развитии духовного и телесного. Он утверждает, что развитие человечества ведет в конечном счете к общественной свободе, которая должна явиться результатом гармоничного и свободного развития всех сторон личности человека. Труды И. Г. Гердера [10] содержат идеи немецкого философа об истории Земли, месте человека в мировой истории, его органическом строении в зависимости от территории проживания, возникновении древних цивилизаций и событиях, повлиявших на формирование человеческой цивилизации. Отдельно Гердер [11] рассматривает некоторые национальности и этносы, выделяя отличительные черты в характере, поведении, культуре и религии. Особое место в трудах философа занимает его теория о языке как средстве для воспитания и передачи накопленных знаний. Ф. Д. Э. Шлейермахер [12] стремился показать совместимость религии с современной культурой и образованностью, вывести ее за рамки понимания в контексте христианской атрибутики, показать ее неисчерпаемость и глубину.  Рассматривая каждого индивида как «зеркало» универсума, Шлейермахер признаёт высшей нравственной задачей свободное развитие его как личности, раскрытие его самобытной природы. Ведущая роль в этом процессе его самоопределения отводится фантазии, представляющей индивидуальное начало в духовной конституции человека. Н. Ф. С. Грундтвиг [13] в своей работе подвергает критике саму систему управления Данией в начале XIX века. Он же в деталях описывает новый тип учебных заведений для молодых людей в возрасте от 14 до 18 лет, которые придут на смену государственным школам [14]. Грундтвиг называет их «школами жизни», противопоставляя их «школам смерти», управляемыми государственными структурами.  В. фон Глумбольдт [15] в анализе происхождения языков утверждает, что возникновение языков обусловливается теми же причинами, что и возникновение духовных сил людей. Язык и духовные силы развиваются не отдельно, а составляют нераздельную деятельность интеллектуальных способностей. Л. Н. Геделунд [16] представляет историю Дании в контексте мировых событий, что дает возможность сравнить Данию с другими странами, увидеть ее развитие в общих глобальных процессах. А. В. Гулыга [17] является единственным автором биографии Гердера, изданной на русском языке. В своих работах он раскрывает внутренний мир и образ мышления философа, подчеркивая значение его теории о происхождении языка и мышления. В. А. Маслова [18] говорит о неразрывной связи и взаимном влиянии языка и культуры любой нации. Каждый конкретный язык представляет собой самобытную систему, которая накладывает свой отпечаток на сознание его носителей и формирует их картину мира. Н. Браво [19] считает, что на образовательную философию Грундтвига серьезное влияние оказали идеи британского либерализма. И. Кант [20] подробно исследует понятие категорического императива – высшего принципа нравственности как основы человеческого бытия и его связь с сознанием и мышлением. П. П. Гайденко [21] исследует эволюцию взглядов И. Г. Фихте на одно из ключевых понятий идеалистической философии – понятие свободы, обусловленное присущими ей внутренними противоречиями. В. Ю. Васечко [22] рассматривает рационализм Канта, Фихте, Шеллинга и Гегеля в плане интерпретации ими религии и протестантской церкви. Раскрывает взаимосвязь немецкой идеалистической философии конца XVIII веке с социально-экономической и конфессиональной обстановкой Германии указанного периода. Коллектив авторов под руководством Т. И. Ойзермана [23] представляет целостное рассмотрение диалектического метода классиков немецкой идеалистической философии. А. Г. Ломоносов [24] рассматривает философию Фихте как цельный мир с присущим философу логичным мышлением, особенно в философии истории. В. А. Жучков [25] анализирует малоизученный период в истории немецкой мысли, что позволяет более ясно осмыслить ее место в истории европейской философии Нового времени, как и ее роль в становлении немецкой классической философии. И. Г. Фихте [26] участвуя в дискуссии о религии и вере, развернувшейся в Германии на рубеже XVIII–XIX веков, и став объектом обвинений в атеизме, что повлекло его увольнение из университета, дает собственную трактовку этих понятий. Максимы И. В. фон Гёте [27] и его рассуждения посвящены всем возможным регионам сущего: божественному, природному, общественному и человеческому. Также Гёте рассуждает об истории, языке и процессе познания. Он представляет мир как системное целое. Ф. В. Й. Шеллинг [28] говорит о всей системе человеческих знаний как о единой науке, крепко связанной с языком и историей. Помимо этого, четко обозначена взаимосвязь теологии и научных дисциплин. Е. С. Линьков [29] позиционирует классический немецкий идеализм как высшее достижение философского духа, которая обеспечивает неразделимую целостность его истории. Он подчеркивает наличие единой сущности всех явлений историко-философского процесса. М. Хайдеггер [30] обращается к рассмотрению трактата Шеллинга «О сущности человеческой свободы», предваряя его обстоятельным рассмотрением понятия «экзистенции» (с обращением к С. Кьёркегору и К. Т. Ясперсу) и проводя сравнительный анализ «экзистенциальной философии» и основных положений «Бытия и времени». Коллектив авторов [31] указывает на благотворное влияние, которое оказал классический немецкий идеализм Канта, Фихте, Шеллинга и Гегеля на научную теорию и социально-политическую практику, однако идейное богатство этого направления мысли еще не исчерпано. Гегель [32] критикует крупнейших современных ему философов – И. Канта, Ф. Г. Якоби и И. Г. Фихте, объединяя их учения под названием «метафизики субъективности» и «рефлексивной философии», для которой, как полагал Гегель, единство веры и разума, религии и философии осталось недостижимым. Ж. Валь [33] проводит исследование формирования идеи понятия у Гегеля, его способа мышления, а также идеи «несчастного сознания». А. А. Иваненко [34] обращается к генезису метода науки в наукоучении Фихте, творчество которого отмечено стремлением строго обосновать не только ее содержание, но и форму.

 

Методологическая база исследования / Methodological base of the research

 

Исследование, посвященное анализу философско-педагогических идей выдающегося датского мыслителя Н. Ф. С. Грундтвига и их влияния на развитие образования в стране, носит теоретический характер. Оно выполнено с помощью дополняющих друг друга общенаучных и конкретно историко-педагогических подходов и методов.

Проблемно-персоналистический подход способствовал тому, что при помощи анализа наследия Грундтвига удалось не только конкретизировать его взгляды на теорию и практику образования, но также обосновать их роль в развитии научно-педагогического знания в Дании XIX века и появлении в стране народных школ для молодежи – значимой альтернативы государственным школам.

Системный подход позволил представить указанные идеи не фрагментарно, изолировано друг от друга, а во взаимосвязи и взаимодополнении, что позволяет рассматривать их в качестве системы. Данный подход был усилен применением логико-гносеологического метода, который способствовал вычленению структурно-логических элементов и связей в концепции Грундтвига. При этом гносеологический анализ – неотъемлемая часть этого метода – позволил осмыслить воздействие на его точку зрения идей представителей немецкой философии. В связи с этим следует назвать сравнительно-сопоставительный метод, проявившийся в сравнении и сопоставлении его взглядов с позициями представителей немецкой научной мысли на схожие вопросы (дух нации, значение языка и слова, национальное своеобразие культуры и т. д.).

Философский подход предоставил возможность конкретизации с учетом позиции Грундтвига ценностей, смыслов и целей датского образования рассматриваемого периода, а также их сопряженность с социально-культурной реальностью. Глубине понимания данного аспекта помог и социальный подход.

Для понимания феномена народных школ для молодежи, возникших во многом под влиянием философско-педагогической концепции Грундтвига, его значения для датского образования, а также при работе с источниками, был использован общенаучный метод анализа.

При этом общенаучный метод синтеза был применен для соединения в одно исследовательское целое различных идей и фактов для осмысления явления датского образования XIX века и влияния на него теоретико-практической деятельности Грундтвига.

 

Результаты исследования / Research results

 

В статье мы рассматриваем идеи Грундтвига и их влияние на развитие народных школ для молодежи в Дании XIX века, но прежде кратко представим данный тип образовательных учреждений.

Народные школы для молодежи, действовавшие в рассматриваемый период в Скандинавии, и главным образом в Дании, выступали действенной альтернативой государственных школ. Этому способствовало предложенное ими расширение спектра решаемых просветительских задач, грамотно осуществляемая социальная адаптация и инклюзия. Названные школы имели ряд отличительных черт. Одни из них касались организации процесса обучения и проверки знаний. Учащиеся могли самостоятельно выбирать изучаемые предметы, но при соблюдении обязательного условия, заключавшегося в обязательном присутствии не менее чем на 90% занятий. Педагоги осознанно и с большой пользой использовали принцип «живого слова». В них не существовали системы оценивания, тестирования и экзаменов, отсутствовали также дипломы. Другие были связаны с особенности жизнедеятельности. Здесь практиковалось совместное проживание учителей и учеников на территории учебного заведения и их активное общение вне учебного процесса. Педагоги проявляли уважительное и доброжелательное отношение к своим воспитанникам и коллегам, а учащиеся демонстрировали уважение и почтение к педагогам. Особым являлся и государственный контроль деятельности названных школ. Он осуществлялся строго в рамках законодательного Акта о народной школе для молодёжи.

 Концептуально деятельность этих школы выстраивалась с опорой на философско-педагогические идеи датского пастора, мыслителя, поэта и писателя Н. Ф. С. Грундтвига, который глубоко переосмыслил историю, традиции, мифы, быт северных народов, находя в них то, что могло принести пользу просвещению и образованию.

Этот интерес и это стремление проявились уже в его детстве и юности. Он родился 8 сентября 1783 г. в доме пастора города Удби (Южная Зеландия). Отец его являлся священником ортодоксальной лютеранской церкви, в доме царило почтение к христианскому учению. Мать была представительницей семьи Банг – прямых потомков одной из самых знаменитых средневековых датских фамилий. К ней принадлежали многие знаменитости того времени, включая архиепископа Абсалона. Ее рассказы о великих предках, мифических героях, дополненные песнями и гимнами, с детских лет поразили сердце и воображение философа. Это переплетение христианской веры, исконной народной культуры и жизнеописания истории семьи, стало для Грундтвига основой его искренней любви к истории Дании, ее культуре и языку, источником вдохновения его дел и помыслов.

Неоспоримо влияние на становление мировоззренческой, просветительской и педагогической позиции Грундтвига события, произошедшие с ним в подростковом возрасте и в пору ранней юности. Так, большое впечатление на него оказало время, проведенное в доме священника в Ютландии, куда он был отправлен для учебы, поскольку ему ежедневно приходилось видеть жизнь простого народа в этом регионе Дании. Уже тогда, несмотря на юные годы, ему думалось о предоставлении образовательных возможностей таким людям. Позже он проходит обучение в грамматической латинской школе в Аргусе (учеба, по его собственному признанию, показалась скучной и лишенной духовной составляющей), после которой в 1800 г. поступает в университет Копенгагена. Здесь происходит ряд событий, произведших на молодого Грундтвига сильное впечатление. Во-первых, 2 апреля 1801 г. он стал свидетелем морского сражения на рейде Копенгагена с кораблями английского военно-морского флота, которое продолжалось до того момента, пока датский кронпринц не признал своего поражения. Во-вторых, через год Грундтвиг прослушал лекции своего двоюродного брата Хенрика Стеффанса, незадолго до этого вернувшегося из Германии, где долго общался с немецкими философами и представителями романтизма. Мысли о независимости своего народа, сохранения им своего культурного кода, широком просвещении находят все более сильный отклик в его душе. 

Эта его личная ситуация усиливается под воздействием втягивания страны в Наполеоновские войны после осады английским флотом Копенгагена в 1807 г., в результате чего в городе было уничтожен каждый третий дом, а торговый флот перешел во владение Великобритании. На тяжелую экономическую ситуацию наложился психологический кризис в масштабе всей нации, поскольку сопротивление датчан было сломлено англичанами без труда, и когда материальная сторона жизни оказалась в упадке, ее духовная половина не смогла обратить испытание бедностью в школу воспитания и закалки характера. Подавляющее большинство населения страны приняло рутину, где труд давал только необходимое, но не более, как новый стандарт жизни, и лишь единицы пробовали открывать новые предприятия. Распространилось пьянство и тунеядство. Именно такой видит Грундтвиг Данию в своем произведении «Бал-маскарад в Дании», опубликованном в 1808 г. В ряде работ он сравнивал Данию тех лет с островом посреди бушующего океана, над которым нависла угроза быть полностью накрытым волнами урагана и навсегда исчезнуть. Люди обессилены, нет лидера, который мог возглавить нацию, жизнь застыла в ожидании худшего. Позже, в религиозном порыве, он заявил, что бедность народа объясняется поворотом спиной к Богу, забвением истинной христианской веры, а в случае отказа вернуться в Царство Божие, страну ждет неминуемая гибель. Сам он искренне считал – его собственная жизнь в стремительном водовороте событий сохранилась исключительно по воле Бога. Наступление светлого будущего для родной страны Грундтвиг связывал с пробуждением всей нации посредством возвращения к вере, к истокам культуры, к родному языку. Все это, по его мнению, можно было бы достичь посредством общедоступного образования. Так укрепилась связь между религиозным порывом и взглядами и мыслями о просвещении и образовательной деятельности.

Особое внимание при этом он уделял просвещению бедняков, которое виделось ему не как подачка власти, а как воплощение идеи о благородной сущности каждого человека, о равных возможностях в этом плане для всех людей. Позднее он ввел в оборот слово «folke-lighed», сложно переводимое на другие языки. Явление, им обозначенное, для Грундтвига отражало его сокровенные мысли, его миссию. В нем в одно целое объединились две части: «folk» (народ) и «lighed» (равенство, ставшее значимой ценностной установкой после прокатившихся по Европе революционных волн). В определенной степени значение понятия можно трактовать как «равнодоступное для всего населения страны». Folke-lighed становится для Грундтвига важнейшим смыслом существования, жизненным ориентиром, краеугольным камнем его мировоззрения. Через призму folke-lighed он смотрел на многие исторические процессы. Так, по его мнению, Франция потеряла folke-lighed при расширении границ Римской Империи на север и начала его вновь обретать лишь в процессе революционных событий конца XVIII века. В Скандинавских странах потеря folke-lighed произошла в результате их интеграция в систему европейских политических и экономических взаимоотношений, что привело к сильной культурной интервенции со стороны соседних государств, соперничать с которой оказалось не по силам традиционным скандинавским культурным ценностям. Присущее скандинавам самобытное культурное взаимодействие в обществе исчезло, его возрождение стало одной из основных задач всей жизни и деятельности Грундтвига. Он посвятил себя возвращению живого и взаимообратного общения между людьми и поэтами, характерного по его глубокому убеждению для культуры скандинавских стран в целом, но в первую очередь для Дании. С его точки зрения, поэтическое слово имело значительную силу воздействия на души и умы людей. Отметим, что подобная позиция привела к конфронтации Грундтвига с представителями творческой элиты Дании, ориентированными на ограниченную по численности группу, считающую себя образованной частью датского общества. А Грундтвиг обращался не столько к ней, сколько к народным массам, состоявшим в основном из представителей крестьянства. В этом ему виделось проявление установки на равенство – состояние, полученное человеком по факту рождения и не нуждающееся в кровопролитной борьбе для своего достижения. Он считал, что, будучи услышанным, сможет пробудить национальный дух. И пусть не сразу, но это ему удалось. Неслучайно именно средние и мелкие крестьяне стали в дальнейшем основными слушателями народных школ для молодежи.

Здесь была использована еще одна важнейшая идея Грундтвига – использованием «живого слова», а не заучивания наизусть текстов из книг. Именно такое преподавание было более доступно простым людям. Подчеркнем, что для него самого не было никакого сомнения в том, что именно язык выступает отражением жизненного пути народа, его менталитета. Этим своим убеждением, как и мыслью о роли родного языка в образовании, он оказался близок Гердеру, представителю немецкой идеалистической философии, идеи которой в те годы стали представлять интерес для наиболее активной части датского общества. Грундтвигу оказались близки выводы немецкого философа о неразрывности человека с родным языком, о сопряженности развития языка с развитием культуры, об этнокультурной идентичности, о языке как контексте и средстве науки. Все это позже воплотилось в концепции датских народных школ для молодежи.

Следует отметить и определенную созвучность взглядов Грундтвига идеям Фихте, еще одного представителя немецкой идеалистической философии. Особо это проявлялось в понимании духа нации, а также имеющейся связи между ним и культурой, родным языком. Ему импонировала и точка зрения И. Г. Фихте на новое воспитание немцев, в частности аргументированная им самостоятельность учащегося в учебном процессе. Это воплотилась в следующих его идеях:

‒     добровольное участие учеников в образовательном процессе;

‒     их свободный выбор предметов для изучения;

‒     изучение тех предметов, которые дети крестьян смогут максимально быстро применить на практике, работая в хозяйствах своих родителей (это касалось не только юношей, но и девушек);

‒     наличие в обучении элементов практической деятельности, для которой у школ были участки земли и необходимые постройки;

‒     стимулирование дальнейшего развития обучающихся после окончания народных школ для молодежи посредством осознания важности и ценности их труда для семьи и сообщества, в котором они проживали;

‒     возможность и необходимость участия в социальной жизни сельских сообществ и поселений.

Солидарен был Н. Ф. С. Грундтвиг с Фихте также в оценке роли самого педагога, силе его личного примера и используемых им методов воспитания и обучения.

Нельзя не упомянуть влияния на датского мыслителя ряда положений учения Вильгельма фон Гумбольдта [32] о связи культуры и народного самосознания, духа, проявлении в языке достижений и национального характера культуры, определении связующей роли языка между человеком и окружающим его миром. Все они нашли отражение в концепции Грундтвига, взятой за основу деятельности народных школ для молодёжи.

Король Кристиан VIII и его жена поддерживали идеи Грундтвига и осознавали их пользу в случае успешного внедрения в жизнь школьной модели, созданной на их основе. Однако в силу разных обстоятельств за годы их правления реальных шагов для создания первых подобных школ предпринято не было. Правительство, пришедшее в 1848 г. после смерти короля к власти, полностью поддерживало классическое образование греко-латинских школ и крайне отрицательно относилось к просветительской позиции Грундтвига, но к этому времени идея новых школ уже начала жить собственной жизнью. Народные школы для молодежи стали создаваться по инициативе и на средства преданных последователей его педагогической философии. Это обеспечило данным учебным заведениям больше свобод и более крепкую связь с населением, чем, если бы их учредителем стало государство. Самую первую такую школу открыли патриотически настроенные граждане осенью 1844 г. в деревне Рединг в Северном Шлезвиге. Ни для кого не было секретом, что ее основная цель – пробуждение и укрепление национального сознания, а также защита датской культуры, хотя напрямую в официальных документах об этом не говорилось. Последующие школы создавалась независимо друг от друга, но владельцы школ всегда были тесно связаны с кругом друзей Грундтвига и последователей его идеологии. Свобода от государственного контроля рассматривалась при этом в качестве одного из приоритетов.

Н. Ф. С. Грундтвиг, как показала жизнь, стал ключевой фигурой датского образования, развития народных школ для молодежи – реальной альтернативы государственным образовательным учреждениям первоначально в Дании, а впоследствии и в других скандинавских странах.

 

Заключение / Conclusion

 

Развитие образования и образовательных систем, внедрение в образовательный процесс новых концептуальных идей и продуктивного педагогического инструментария нередко связано с системой взглядов и практическими действиями конкретных лиц. Как показало наше исследование, подобное явление было присуще скандинавскому, и в первую очередь датскому, образованию XIX столетия.

Цель статьи стояла в выявлении и обосновании философско-педагогических идей Грундтвига, положенных в основу деятельности народных школ для молодежи, ставших в рассматриваемый период действенной альтернативой государственным школам Дании. Мы оцениваем призыв к пробуждению национального духа, идею, выраженную термином “folke-lighed”, положение об усилении роли родного языка и живого слова, как адаптацию к датским образовательным реалиям философских, культурологических, просветительских выводов представителей немецкой идеалистической философии, идеи об управлении и организации учебно-воспитательного процесса в новом типе школ.

Такими школами стали народные школы для молодежи. Здесь осуществлялось добровольное участие учащихся в образовательном процессе. Им предоставлялся свободный выбор предметов для изучения. При этом отсутствовали обязательные для освоения дисциплины. Предпочтение отдавалось изучению предметов практической направленности. Уделялось внимание труду учащихся на участках земли и в специальных помещениях, принадлежащих школе, предоставлению им возможностей для активной социальной жизни и дальнейшего развития.

В статье представлены редкие источники по педагогике скандинавских стран, в том числе в ее историческом аспекте, что расширяет представления в области истории педагогики и образования. Перевод осуществлен С. В. Костиковым, одним из авторов статьи.