Ключевое слово: «трилингвизм»

Статья посвящена проблеме изучения второго иностранного (английского) языка в условиях получения образования в российском вузе, то есть с использованием русского языка как языка-медиатора. В статье показывается, что опора на знания, полученные при изучении первого иностранного языка, равно как и хорошее понимание особенностей родного языка, способствует лучшему пониманию как языковых, так и культурных реалий и является основой формирования плюролингвальной компетенции.

В статье рассмотрен один из многочисленных диалектов американского варианта английского языка – эбоникс. Авторы выяснили, что термин произошел в результате слияния двух английских слов ebony в значении «черный, эбонитовый» и phonics в значении «относящийся к изучению звуков речи», были рассмотрены взгляды различных групп исследователей данного явления в американском варианте английского языка, такие как теоретики англо-саксонского происхождения, исследователи креольских языков, исследователи африканских языков др., а также дана характеристика отдельных языковых явлений эбоникса. В заключении авторы вместе с другими исследователями делают вывод о том, что для успешной жизни в современных многонациональных обществах человек должен владеть, по крайней мере, тремя языками, начиная со школьного возраста, первым из которых будет официальный язык страны проживания, вторым – язык семьи или национальной общины его носителя, а третьим – язык любой другой страны, который человек сочтет интересным и полезным для своей будущей жизни и профессиональной карьеры.

В статье представлено комплексное сравнительное исследование процессов овладения английским языком тюркоязычными учащимися в условиях трилингвальной (Российская Федерация) и билингвальной (Республика Азербайджан) образовательных парадигм. Автор анализирует механизмы межъязыковой интерференции на фонетическом, грамматическом и лексическом уровнях, с учетом уникального лингвистического контекста постсоветского пространства. Особое внимание уделяется феномену «двойного посредничества» в российской модели, где русский язык (L2) выступает доминирующим фильтром при усвоении английского как третьего языка (L3). В работе обосновывается специфика каждой из моделей и предлагаются дифференцированные методические рекомендации по минимизации отрицательного переноса.