Full text

Введение / Introduction

 

Молодежь желает найти себя, стать частью чего-либо важного и значительного, обнаружить единомышленников, сотоварищей и друзей на долгие годы. Для удовлетворения данных потребностей она формирует определенные группы, молодежные субкультуры. Согласно данным социологических исследований, представленным в работе С. И. Левиковой, «удельный вес представителей молодежных субкультур может составлять до 33% от общей численности молодежи» [1]. Для современных молодых людей удовлетворение потребности в легализованном способе приобщения к субкультуре осуществляется в форме социализации с преимущественным каналом самовыражения. Следует отметить, что для России молодежные субкультуры – явление не новое. В рамках советской культуры оно воспринималось как «социальная патология». Однако произошедшие социальные и культурные изменения российского общества способствовали переосмыслению представлений о молодежной субкультуре. Н. Н. Бушмарина отмечает, что, являясь динамической системой, на каждом новом временном отрезке она соответствующим образом реагирует на внешние и внутренние процессы, происходящие в социуме, и одновременно адаптируется к меняющимся внешним и внутренним условиям своего существования [2]. Полагаем, что для молодежи включенность в субкультуру означает поиск своего места, самоопределения и обретение идентичности. Субкультура накладывает обязательства, ведет молодежь, помогает решать специфические проблемы, предлагая конкретные способы их преодоления. Именно эта многоаспектная функция объясняет исключительную притягательность субкультуры в юношеском возрасте. Цель настоящей статьи – обосновать студенческие отряды образовательных организаций как развивающийся вид современной молодежной субкультуры. Логика достижения поставленной цели включает проведение междисциплинарного терминологического анализа существующих дефиниций субкультуры и молодежной субкультуры в социологии и педагогике с выделением теоретических подходов и ключевых понятийных аппаратов; определение и интерпретацию критериальных признаков молодежной субкультуры с использованием работ ведущих отечественных и зарубежных исследователей; детализацию сравнительно-сопоставительного анализа посредством разработки параметров выявления сходства и различий между молодежными субкультурами и студенческими отрядами образовательных организаций; изучение сущностных особенностей студенческих отрядов на примере Архангельской области; сопоставление выявленных характеристик студенческих отрядов с критериальными признаками молодежной субкультуры, обосновывание их как единого феномена; предложение концептуальных основ для педагогического использования выявленных закономерностей в практике воспитательной работы образовательных организаций.

 

Обзор литературы / Literature review

 

Современное изучение феномена молодежной субкультуры находится на этапе активного возвращения понятия субкультуры в научный дискурс, осмысления дополнительных характеристик, влияния цифровой среды и глобализации, что лежит в русле развития постсубкультурной теории. Классические зарубежные работы
С. Х. Коэна, Д. Хебдиджа, А. Макробби по-прежнему служат основой исследований. Так, в трудах С. Коэна показана суть формирования субкультур, выражение их ценностей и восприятие обществом [3]. Д. Хебдидж определяет субкультуры как формы сопротивления доминирующей культуре через стиль, музыку и поведение, подчеркивая их символическое значение для создания уникального «языка» субкультуры [4]. А. Макробби, анализируя женские субкультуры, демонстрирует способы формирования собственных форм самовыражения в условиях андроцентричности гендерных стереотипов [5]. Подход М. Маффесоли позволяет рассматривать субкультуры как динамичные, эмоционально насыщенные образования неоплеменного характера с общностью ритуалов, символов, эстетики и стиля жизни [6].

Классические идеи получили развитие в трудах Р. Хенфлера о динамической природе современных субкультур, неразрывно связанных с онлайн-пространством. Ученый доказывает, что «цифровые инструменты становятся субкультурными ресурсами, предоставляя новые и различные возможности для знакомства с субкультурами, а в некоторых случаях даже обеспечивая субкультурную карьеру» [7] посредством создания брендов и их коммерциализации, открывая новые пути профессионализации субкультурной активности. Он подчеркивает «низкий процент рассмотрения субкультурных образований в сети», указывает на необходимость анализа новых, гибридных форм, которые перестают быть строго обособленными, заимствуя элементы из различных источников под влиянием Интернета и социальных сетей. Онлайн-платформы становятся ключевым звеном в конструировании «Я» через активное участие в виртуальных сообществах и глобальных движениях, преодолевая традиционные географические и социальные барьеры. 

Исследования современных молодежных субкультур предложены в книге Ст. Дженнаро и Б. Миллер [8]. Ученые подчеркивают, что цифровая среда социальных сетей и Интернета выступает как фундаментальное и революционное пространство для поддержания современных молодежных субкультур. Офлайн-культуры активно используют онлайн-инструменты для организации, продвижения и общения. Молодежь находит единомышленников, формирует сообщества, обменивается информацией и ценностями преимущественно через социальные сети. Дж. Лаффье, М. Гаданидис, Дж. Хьюз отмечают, что «социальные сети совершают революцию в том, как молодежь может выражать себя, находить общие цели с группами по интересам и формировать свою идентичность» [9]. Исследователи делают вывод о возникновении субкультур, чья идентичность и активность полностью или преимущественно в Интернете (фан-сообщества, геймерские кланы, группы по интересам, основанные на мемах). По мнению Дж. Лаффье, М. Гаданидис, Дж. Хьюз, «сайты социальных сетей предоставляют платформу, где молодые люди могут экспериментировать со своим самовосприятием, голосом и влиянием, что является важным аспектом формирования идентичности» [10]. Так, исследование К. Вирос-Мартин, М. Хименес-Моралес и М. Монтанья-Бласко показало, что «молодые люди отмечают положительные эффекты влияния социальных сетей на их психологическое благополучие. Например, <…> обеспечивают связь, поддержку и пространство для обсуждения с людьми, находящимся в похожей ситуации… коллективную организацию и чувство принадлежности к группе, получившими наивысшую оценку» [11]. В рамках анализа клубной культуры К. Эрфан приходит к выводу о сохранении субкультурного капитала через освоение и признание клубного стиля, моды в одежде и прическах, сленга, музыки и т. п. внутри онлайн-сообщества [12].

Однако текущее исследование проблемы, обусловленное динамичностью объекта изучения, требует критического анализа, адаптации и расширения теоретических и методологических подходов. В своем труде С. Дж. Блэкман критикует традиционные и постсубкультурные теории, утверждая, что, хотя последней и не хватает глубины в структурном анализе, она предлагает ценные перспективы для изучения индивидуальной идентичности и потребительства. Автор утверждает, что «постсубкультурная теория, делая акцент на индивидуальном значении в субкультурной практике… предполагает гибкость, локальность и гибридность» [13].

В целом современные молодежные субкультуры в зарубежных исследованиях представляют собой сложные, динамичные и преимущественно digitally-mediated-феномены, где традиционные офлайн-практики тесно переплетаются с активностью в виртуальном пространстве. Основные направления исследований охватывают цифровые субкультуры, их влияние на идентичность и психологическое благополучие, гибридизацию и переформатирование для коммерциализации и профессионализации.

Отечественные исследования субкультуры характеризуются стремлением к глубокому осмыслению данного феномена с позиций социологии и педагогики и традиционно фокусируются на нескольких ключевых направлениях.

Во-первых, онтологическое и структурно-функциональное определение субкультуры как самостоятельного, целостного образования со своей специфической системой ценностей, норм, установок и поведенческих стратегий, но неизменно находящегося в тесной взаимосвязи с доминирующей культурой общества. Исследования направлены на выявление внутренних механизмов функционирования и внешних связей. Так, Т. Г. Исламшина, О. А. Максимова, А. Л. Салагаев и другие видовыми признаками термина считают «стиль и образ жизни, набор символов, культурных образцов и ценностей той или иной обособленной социальной группы, в то же время не теряющей связей с более широкой социальной общностью и с доминирующей в обществе культурой» [14]. В. Я. Суртаев рассматривает молодежную субкультуру как «сложный конструкт, который включает в себя элементы других культур и поколений, что делает его неразрывным целым со всей социокультурной реальностью» [15]. В данном направлении субкультура обсуждается как относительно автономная ярко выраженная формальная организация со своими механизмами функционирования, что значимо для анализа влияния и взаимодействия с другими социальными группами. В нашем исследовании это важно для понимания внутренней структуры и ее влияния на личность участников.

Во-вторых, значительное внимание уделяется роли субкультур в процессах формирования идентичности, самоопределения, самореализации и удовлетворения потребностей молодых людей, что обусловливает гуманистическую и развивающую функции субкультур. С. И. Левикова предлагает дефиниции, где субкультура рассматривается как «эзотерическая, эскапистская, урбанистическая культура, созданная молодыми людьми для себя; как “элитарная” культура, нацеленная на включение молодых людей в общество; частичная культурная подсистема внутри системы “официальной”, базовой культуры общества, определяющая стиль жизни, ценностную иерархию и менталитет (то есть мировосприятие, умонастроение) ее носителей» [16]. В. Я. Суртаев видит в молодежной субкультуре «пространство, создаваемое самой молодежью для реализации своих потребностей, самоутверждения и идентификации» [17].

В рамках коммуникативно-символического и поведенческого направлений исследователи выделяют специфические способы кодирования знаков и символов, а также общие модели поведения и стили жизни как констатирующие элементы субкультурного взаимодействия. Т. Б. Щепанская рассматривает субкультуру как коммуникативную систему, в которой посредством особых способов кодирования знаков и символов отражается мировоззрение и образ жизни данной группы [18]. Представители поведенческого подхода О. А. Музыка и К. А. Беляева добавляют к видовым отличиям субкультуры общность стиля жизни, поведения, групповых норм, ценностей и стереотипов [19]. Исследователи отмечают, что, с одной стороны, эстетика, этика и идеология молодежных сообществ получила признание со стороны общества как особая «молодежная культура», с другой – было открыто существование и других культур (например, детской). Это придало новое значение понятию, которое стало применяться для обозначения «подсистемы» культуры, указывая на мультикультурный характер современного общества. Значимость определения субкультуры в данном направлении обусловлена вниманием к символической и коммуникативной природе субкультуры. Оно акцентирует специфические способы кодирования и передачи информации, выделяет отличные от доминирующей культуры модели поведения и способы самовыражения, отражающие ее автономность, и позволяет анализировать внутренние механизмы взаимодействия участников.

Далее, в педагогическом дискурсе субкультура анализируется преимущественно через призму ее образовательных, воспитательных и адаптационных функций с акцентом на возможности интеграции молодежи в доминирующую культуру и управление этим процессом. Педагогический подход фокусируется на ценностно-нормативной составляющей и организационной структуре групп, а также их влиянии на личностное развитие молодежи. Общим для большинства исследователей является понимание субкультуры как совокупности норм, ценностей, представлений и стереотипов поведения, формирующихся внутри более широкой, доминирующей культуры. Так, в педагогическом энциклопедическом словаре под редакцией Б. М. Бим-Бада субкультура обозначена как «совокупность норм, ценностей, представлений и стереотипов поведения традиционной культуры, интерпретированных конкретным, относительно замкнутым сообществом» [20]. Схожим образом В. М. Полонский трактует термин как «форму организации молодежи или определенной профессиональной группы людей внутри господствующей традиционной культуры; особый стиль жизни и образ мыслей ее представителей» [21]. А. Е. Сошников также рассматривает молодежную субкультуру как «совокупность ценностей и норм поведения, стиля и образа жизни, характерную для людей в возрасте 14–30 лет» [22], что подчеркивает ее ценностно-нормативный и поведенческий аспекты.

Ряд исследователей обращает внимание на деятельностный и творческий характер молодежных субкультур. В частности, Л. В. Мардахаев определяет «субкультуру молодежи» как совокупность артефактов, алгоритмов деятельностей, моральных и эстетических норм, которые создаются для регуляции поведения индивидов тем или иным молодежным сообществом в соответствии с возрастными, профессиональными, эстетическими или идейно-нравственными признаками [23]. Это дополняется утверждением О. С. Козиной о том, что молодежные объединения становятся субъектами-носителями и творцами собственной культурной среды, наполненной смыслом нормативов поведения и общения, действий и ценностей, имеющих глубокий смысл для всех членов группы [24]. Е. С. Топилина в свою очередь подчеркивает, что в современной молодежной субкультуре формируются новые жизненные стили и стереотипы мышления [25], что указывает на ее инновационный потенциал и роль в развитии общества.

Особое значение для педагогического исследования приобретает функциональный и аксиологический анализ молодежной субкультуры. Л. В. Мосиенко определяет ее как естественную, во многом необходимую, переходную стадию становления личности и фазу социализации. В данном случае на первый план выдвигается роль субкультуры в процессах адаптации подростков и молодежи к жизни в обществе и их самоопределения. Исследователь акцентирует необходимость учитывать в педагогической работе «ценности и нормы молодежной субкультуры как культуры определенной социальной группы и управлять этими процессами на основе взаимодействия и сотрудничества» [26]. Это подчеркивает не только значимость изучения субкультуры, но и ее потенциал как объекта педагогического воздействия.

Итак, педагогический подход интегрирует молодежную субкультуру в доминирующую культуру через включение ее в образовательные программы и институциональные образовательные структуры. Однако он обнаруживает проблемные аспекты, обусловленные недостаточно разработанными механизмами интеграции и рисками потери связи с реальной практикой молодежных групп. Согласимся с научным мнением, что субкультура, включая девушек и юношей в социальные процессы, предлагает свой стиль, ценности, идеологию. Она способствует формированию идентичности, саморазвитию, содействует самоопределению и самореализации и реализует социализирующую, компенсаторную, эмансипирующую, адаптационную, досуговую, релаксационную и другие функции.

В целом российская наука имеет устоявшиеся представления о том, что такое молодежная субкультура, каковы ее основные характеристики и функции в развитии личности.

Современные отечественные исследования активно развиваются, оперативно реагируя на трансформацию молодежных субкультур в условиях цифровизации. Одно из наиболее актуальных направлений, как и в зарубежных исследованиях, заключается в изучении влияния интернетизации и цифровых технологий на субкультуры. Е. А. Глебова, И. В. Бганцева и другие подчеркивают, что «условия вступления в жизнь и взросления неразрывно связаны с привычным для “родившихся в Сети” атрибутом повседневной активности – Интернетом» [27]. Исследования отражают переход от традиционных офлайн-сообществ к онлайн-ориентированным, а также формирование гибридных форм. Исследователи приводят данные, что социальные сети «оказывают влияние на появление у молодых людей депрессии и чувства беспокойства», но при этом отмечают «рост творческой, социально-информативной, образовательно-воспитательной функций социальных сетей». Авторы выделяют новые характеристики молодежных субкультур, такие как гедонизация ценностей, глобализация молодежной субкультуры, интернет-локализация, анализируют как позитивные (развитие блогов, творчество, поддержка), так и негативные аспекты (психологическая зависимость, снижение самооценки, поверхностность общения, эскапизм, «фейковые образы») [28]. Интерес представляют рекомендации по минимизации отрицательного влияния современных молодежных объединений на их участников, включая профилактику селфи-зависимости и просвещение об образовательных ресурсах.

Исследователи активно занимаются определением компонентов и типов субкультур, отмечая их эволюцию и смену доминирующих форм. М. И. Логвинова указывает, что «распространенные еще недавно сообщества готов, панков, эмо характеризуются в настоящее время значительно меньшей востребованностью у молодежи; при этом более широкое распространение получают молодежные группы, образованные на основе интереса к здоровому образу жизни или конкретному виду спорта (например, велодвижение, workout), геймерство и киберспорт, волонтерство и др. Среди музыкальных молодежных субкультур особенно популярны сообщества поклонников рэпа» [29]. Опираясь на теоретический анализ, автор выделяет типы современных субкультур: просоциальные (волонтерство, экология), асоциальные (геймеры, музыкальные) и антисоциальные (скинхеды, нацисты).

 Молодежные субкультуры рассматриваются как значимая площадка для самоактуализации, самореализации и формирования идентичности. М. И. Логвинова говорит о том, что они «выступают своеобразной “буферной зоной” между детством и взрослым миром. Одним из существенных признаков является добровольность вхождения… выбор субкультуры является осознанным самостоятельным шагом». В. И. Спирина, Ю. А. Белоус, М. Л. Спирина, О. В. Белоус, оценивая социальные и личностные проявления подростков, заинтересованных в молодежной субкультуре, исследуют причины вступления в неформальные объединения, среди которых выделяют «неудовлетворенность социальным статусом, проблемы в общении, нестабильная самооценка, поиск новых ощущений и др.» [30].

Интерес представляет создание верифицированных инструментов диагностики субкультурных явлений – важный шаг для эмпирических исследований. Пример такого направления – разработка и апробация методики «Диагностика признаков молодежной субкультуры в малых социальных группах» М. И. Логвиновой, позволяющей оценить выраженность признаков субкультуры и ее тип [31].

Однако, несмотря на положительное отношение к молодежным субкультурам, Е. А. Колесник, В. Г. Степанов, Л. Л. Павлова отмечают, что культурно-образовательная среда российских высших учебных заведений недостаточно адаптирована для полноценной интеграции их разнообразия, что обусловливает необходимость разработки и теоретического обоснования конкретных направлений взаимодействия университета с молодежью для эффективного раскрытия созидательного потенциала и обогащения образовательного пространства [32].

Завершая обзор научной литературы, подчеркнем, что учеными детально разработаны теоретико-методологические основы изучения молодежных субкультур в отечественной и зарубежной науке, включая определение понятия, выделение основных характеристик, анализ их роли в процессах социализации, самоопределения и формирования идентичности молодежи. Несмотря на значительный объем исследований молодежных субкультур, требуют дальнейшего изучения вопросы, связанные с интеграцией их педагогических возможностей в образовательную среду высших учебных заведений. В этом контексте интерес представляет целостное осмысление студенческих отрядов как субкультуры, анализ их специфических черт, функций и механизмов влияния на личность в рамках субкультурной теории. Целенаправленных исследований, которые сопоставляли бы характеристики студенческих отрядов с критериями молодежной субкультуры, не проводилось. Вследствие данного ограничения педагогические работники образовательных организаций не имеют теоретических ориентиров для эффективной интеграции, развития и управления субкультурными аспектами деятельности студенческих отрядов. Это приводит к упущению значительного потенциала студенческих отрядов как среды воспитания, формирования традиционных ценностей и развития личности.

 

Материалы и методы исследования / Materials and research methods

 

Проблема нашего исследования заключается в недостаточной теоретической разработанности и обоснованности статуса студенческих отрядов образовательных организаций как развивающегося вида современной молодежной субкультуры, что ограничивает возможности педагогического сообщества в полной мере использовать их потенциал для целенаправленной социализации, формирования идентичности и самореализации молодежи.

Для решения проблемы был применен междисциплинарный терминологический и сравнительно-сопоставительный анализ.

В рамках междисциплинарного терминологического анализа, помимо социологии и педагогики, для формирования концептуальной рамки исследования были задействованы элементы психологии (мотивация, идентичность, самореализация) и культурологии (символическая система, стили жизни). Их понятийный аппарат использовался для более полного понимания механизмов функционирования молодежных групп и их влияния на личность. Основными терминами, чьи дефиниции и трактовки стали предметом анализа, являлись: «молодежная субкультура», «студенческий отряд», «ценности», «нормы», «стиль жизни», «идентичность», «социализация». Выбор данных терминов обусловлен их центральной ролью в понимании феномена субкультуры и специфики деятельности студенческих отрядов. При анализе дефиниций в социологии использовались фундаментальные работы по теории субкультур, исследования постсубкультурных подходов, цифровой социализации и онлайн-сообществ, а также исследования российской специфики молодежных сообществ и методологические разработки по изучению неформальных групп. Терминологический анализ в социологических исследованиях позволил установить следующие признаки субкультуры, необходимые для дальнейшего анализа: наличие внутренней структуры и ее влияние на личность участников, специфичность внутренних и внешних механизмов взаимодействия, степень автономности (обособленность от доминирующей культуры), наличие уникального стиля жизни и манеры поведения, специфического символического языка. В педагогике проанализированы теоретические и прикладные труды, посвященные основам воспитания и образования, методикам и технологиям воспитательной деятельности, вопросам педагогического сопровождения и диагностики обучающихся. Терминологический анализ в педагогических исследованиях позволил уточнить признаки молодежной субкультуры, выделенные в социологических исследованиях: наличие внутренних ценностных, структурных и функциональных, символических и коммуникативных аспектов, степень автономности (интеграция в доминирующую культуру при признании сложности процесса), средство самовыражения, самореализации, социальной адаптации и инструмент воспитания и развития личности.

Сравнительно-сопоставительный анализ проводился по следующему алгоритму. На основе междисциплинарного терминологического анализа были выделены признаки молодежной субкультуры. Для каждого из них разработаны параметры и индикаторы, позволяющие оценить степень проявления в деятельности студенческих отрядов. Контент-анализ официальных документов «Российских студенческих отрядов» (далее – РСО) [33] и регионального штаба студенческих отрядов Архангельской области [34], уставов конкретных отрядов, материалов деятельности отрядов [35] позволил оценить наличие и выраженность каждого признака. Далее была спроектирована матрица сравнения, где по вертикали располагались критериальные признаки молодежной субкультуры, а по горизонтали – сущностные характеристики студенческих отрядов с фиксацией степени их соответствия. Среди них – целостность и внутреннее единообразие (ценностный критерий), структурированность сообщества, наличие более или менее явного центра, порождающего идеи (структурный критерий); динамичность и нормативность внутренних и внешних механизмов взаимодействия, значительное влияние в мегаполисах и непродолжительный срок пребывания (функциональный критерий); специфический стиль жизни и манера поведения (коммуникативный критерий); клишированность визуального образа и речи (символический критерий); переход к нонконформизму (степень автономности); возможность самовыражения и солидарности (личностный критерий). Теоретические критерии молодежной субкультуры (например, наличие уникального стиля, специфической символики) использовались как «шаблон». Эмпирические данные, собранные в ходе исследования студенческих отрядов (например, описание их формы, сленга, ритуалов), сопоставлялись с этими критериями. Выявление как совпадений, так и отличий детерминировало выводы о степени соответствия студенческих отрядов феномену молодежной субкультуры.

Выборка обусловлена большим распространением и влиянием РСО в регионах с мощной системой организации профессионального образования, обладающих большим количеством социально активной студенческой молодежи, одним из которых является Архангельская область, представленная 40 профессиональными образовательными организациями, в том числе Северным (Арктическим) федеральным университетом имени М. В. Ломоносова, и 7 филиалами высших учебных заведений, в которых действуют более 30 студенческих отрядов (свыше 7000 бойцов) и 7 местных (вузовских) штабов.

 

Результаты исследования / Research results

 

Синтезируя представленные в обзоре литературы точки зрения, для цели нашего исследования исходим из понимания молодежной субкультуры как совокупности ценностей, норм, стилей жизни, специфических форм поведения и создаваемых артефактов, формирующейся внутри доминантной культуры и свойственной определенным молодежным группам (как правило, в возрасте 14–30 лет), играющей ключевую роль в процессах социализации, адаптации и самоопределения личности в переходный период ее становления. Данное определение охватывает сущностные характеристики молодежной субкультуры, подчеркивает ее роль в социализации и формировании личности, открывает возможности для педагогического осмысления и управления этими процессами при взаимодействии и сотрудничестве. Обозначенная дефиниция позволила операционализировать понятие для анализа и выявления ее признаков в нашем исследовании.

Междисциплинарный терминологический анализ позволил уточнить ряд признаков молодежной субкультуры.

Наличие целостной системы общих ценностей и мировоззренческих установок, которые объединяют членов группы, формируя внутреннее единообразие. Это могут быть как позитивные (стремление к развитию, взаимопомощь), так и более специфические ценности, отличающие группу от внешнего мира. Данный признак определен как ценностный критерий соотнесения студенческих отрядов с феноменом молодежной субкультуры.

Наличие структурированности сообщества, включающей определенную иерархию, лидеров и центр, генерирующий идеи и координирующий деятельность. Данный признак обозначен в качестве структурного критерия.

Динамичность и нормативность внутренних и внешних механизмов взаимодействия, представленные степенью влияния в мегаполисах, сроком пребывания, выполнением определенных функций (социализирующей, адаптационной, досуговой, релаксационной и др.). Данный признак выражается функциональным критерием.

Специфический стиль жизни и манера поведения, отражающие особенности мировосприятия и взаимодействия с окружающей средой посредством соблюдения ролей, правил, ритуалов и т. п. Данный признак определен коммуникативным критерием.

Клишированность визуального образа и речи, отраженная в собственной символике, атрибутике, сленге, которые служат для идентификации членов группы и передачи информации. Данный признак обозначен как символический критерий.

Переход к нонконформизму или выраженная обособленность от доминирующей культуры при ее возможном частичном принятии и интегрированности в нее, отражающие степень автономности.

Возможность самовыражения, солидарности, формирования идентичности и саморазвития участников, характеризующая личностный критерий.

Предложенная интерпретация признаков принята авторами в качестве показателей соответствия и критериев отнесения организаций социально активной молодежи к данному феномену. Особый интерес для нас представляют студенческие отряды образовательных организаций как средство социальной адаптации и инструмент воспитания и развития личности.

«Российские студенческие отряды» (РСО) – это крупнейшая молодежная организация страны, которая обеспечивает временной трудовой занятостью более 400 тысяч молодых людей из 85 регионов страны, а также занимается гражданским и патриотическим воспитанием, развивает творческий и спортивный потенциал молодежи. Студенческий отряд (далее – СО) – это форма организации молодежи образовательных учреждений различных форм обучения, изъявивших желание в свободное от учебы время трудиться в различных отраслях хозяйства, выполняющих общую производственную задачу и одновременно реализующих общественно полезную программу. Российские студенческие отряды на данный момент существуют практически во всех регионах Российской Федерации (и находятся на пике активности со времени возрождения. С каждым годом численность бойцов РСО растет. Так, в Северном (Арктическом) федеральном университете им. М. В. Ломоносова (САФУ имени М. В. Ломоносова) практически нет студентов, которые бы не знали об организации. В течение последних двух лет численность молодежных студенческих отрядов удвоилась. Студенческие отряды Архангельской области за время своего существования приобрели огромный опыт работы с крупнейшими госкорпорациями, организациями и предприятиями страны, создали свою историю и культурную среду, накопили множество традиций и обычаев, в них сложились нормы поведения и общения, особый визуальный образ.

Ценностный критерий. Студенческие отряды демонстрируют высокий уровень соответствия ценностному критерию молодежной субкультуры, формируя четкую систему общих позитивных ценностей, ориентированных на труд, саморазвитие и коллективизм. Они объединяют молодежь со схожими взглядами, ценностями, интересами, целями, и это является отражением ценностного критерия, целостности и внутреннего единообразия. Общая идея – вызов безделью, желание жить и строить будущее своими руками. «Отрядники» призывают активно и с пользой проводить время, пропагандируют социально значимую деятельность, активный образ жизни. 

Структурный критерий. Для сообщества студенческих отрядов характерна централизованная структура. Общее руководство деятельностью осуществляет Центральный штаб РСО, который располагается в Москве. На местах – штабы региональных отделений СО и подчиненные им штабы учебных заведений, на базе которых сформированы конкретные отряды. Так, в Архангельской области функционирует региональное отделение «Штаб молодежных трудовых отрядов Архангельской области». Отметим, что благодаря активной деятельности студентов-бойцов и руководителей отрядов региональное отделение «Штаб молодежных трудовых отрядов Архангельской области» одновременно является Окружным штабом Северо-Западного федерального округа молодежной общероссийской общественной организации «Российские студенческие отряды». Центром, порождающим идеи в конкретном отряде, является командный состав (командир, комиссар, мастер или методист). Руководители «задают» жизнедеятельность своего отряда и взаимодействие с другими, что обеспечивает централизацию, генерацию идей, поддержку групповой идентичности. Так, штаб студенческих отрядов САФУ имени М. В. Ломоносова занимается обеспечением работой и координирует деятельность отрядов университета. В каждом из них есть должностное лицо – комиссар, который отвечает за организацию досуга в отряде, а также за коммуникации, активно способствует воспроизводству и развитию субкультурных норм и ценностей. Следует отметить, что динамизм командного состава, несмотря на кажущуюся нестабильность, является важным фактором, обеспечивающим развитие и устойчивость отрядов. Смена лидеров приводит к появлению новых идей, инициатив и методов работы, что помогает отрядам оставаться актуальными и адаптироваться к изменяющимся условиям. Кроме того, возможность для каждого бойца попробовать себя в роли лидера способствует вовлеченности внутри отряда, укрепляет горизонтальные связи и повышает уровень доверия и мотивации. В целом структура СО служит не только организационным стержнем, но и является инструментом сохранения и передачи субкультурного опыта. Студенческие отряды обладают ярко выраженной иерархической структурой и динамичностью внутренних организационных механизмов.

Функциональный критерий. Наибольшее распространение и влияние РСО имеют в регионах с мощной системой организаций профессионального образования, обладающей большим количеством социально активной студенческой молодежи. К таким регионам можно отнести: Алтайский край, Архангельскую область, Вологодскую область, Санкт-Петербург и другие. Полагаем, что такая черта, как развитие в мегаполисах, требует нового истолкования. В своем исследовании «мегаполис» понимаем как развитый регион с мощной системой организаций профессионального образования, обладающей большим количеством активной студенческой молодежи. Так, в Архангельской области действуют более 30 студенческих отрядов и 7 местных (вузовских) штабов: Штаб студенческих отрядов САФУ имени М. В. Ломоносова, Штаб студенческих отрядов СГМУ, Штаб студенческих отрядов г. Архангельска, Штаб студенческих отрядов г. Северодвинска, штаб студенческих отрядов «Южный» (г. Котлас – г. Коряжма), Штаб студенческих отрядов Вельского района и Штаб молодежных трудовых отрядов г. Новодвинска.

Пребывание в студенческом отряде зависит в первую очередь от срока обучения. Так, система бакалавриата подразумевает четыре года обучения, и в течение этого периода многие студенты пребывают в статусе бойцов отряда. Некоторые «отрядники» исключают последний год обучения, сосредоточившись на выпускной квалификационной работе. Поэтому срок пребывания соответствует среднему показателю в три–четыре года. Отметим, есть бойцы, которые остаются в РСО дольше, но таковых единицы.

Студенческие отряды решают практические задачи, кадровые вопросы, организуют временную занятость, способствуют профилактике негативных явлений в молодежной среде, осуществляют трудовое и нравственное воспитание, обеспечивают приобретение профессиональных навыков и финансовую обеспеченность студенчества. Отряды работают в различных направлениях деятельности: строительном, педагогическом, поисковом, медицинском, сельскохозяйственном, сервисном и др. Это дает возможность выбора деятельности участникам в соответствии с интересами и направленностью личности. Тем самым студенческие отряды становятся инструментом воспитания и развития личности подрастающего поколения. В СО выполняется огромная работа, направленная на ускорение процессов социализации и адаптации молодежи. Студенты-бойцы заняты на субботниках, организуют и проводят спортивные соревнования, в творческой форме представляют отряды в высших школах вуза, на дне первокурсника, ставят спектакли для воспитанников детского сада «Зоренька», оказывают хозяйственную помощь ветеранам Великой Отечественной войны, участвуют в выездных мероприятиях для студенческих отрядов региона. Активно реализуют проекты «Олимпиада студенческих отрядов “Старт”», «Школа молодого бойца», «Школа командного состава студенческих отрядов САФУ имени М. В. Ломоносова»; с 2014 года проводят патриотическую акцию «Полярный десант» и др. Различные тренинги на коммуникацию и сплочение, совместное творчество и труд предоставляют огромную помощь в преодолении «слабых мест» личности, внутреннего стеснения и неуверенности и обеспечивают динамичность внутренних механизмов взаимодействия. Досуговая и релаксационная составляющие также являются неотъемлемой частью жизнедеятельности студенческих отрядов. В течение года организуется и проводится много различных досуговых мероприятий, делая свободное от учебной деятельности время полезным и приятным. Функциональный спектр СО широк и охватывает ключевые функции молодежной субкультуры (социализирующую, компенсаторную, эмансипирующую, адаптационную, досуговую, релаксационную), что подтверждает их субкультурный статус.

 Коммуникативный критерий. Бойцы студенческих отрядов отличаются специфическим стилем жизни. В течение учебного года каждый из них живет «жизнью студента», а каждое лето вместе со своим отрядом отправляется в различные уголки РФ и выполняет весьма непростые виды трудовой деятельности. Студент, находящийся в поиске смысла жизни и вступивший в отряд, попадает в особую солидарную и сплоченную семью. Здесь ему будут предоставлены возможности для самовыражения в творчестве, спорте, социальной работе, труде, помогут определиться в своих желаниях, предпочтениях, найти свое предназначение. Члены отрядов отличаются специфической манерой поведения. Так, на больших «сходках» всегда можно услышать различные кричалки, речевки, отрядные песни. В ситуации ожидания какого-либо события бойцы обязательно проводят игры со зрителями и участниками, поют песни и т. п. Студенческие отряды формируют собственный стиль жизни и особенное поведение, детерминированные коллективизмом, солидарностью и активным досугом, что соответствует коммуникативному критерию молодежной субкультуры.

Символический критерий. «Отрядников» из разных регионов объединяет единый образ, важным элементом которого является символика и атрибутика. В первую очередь это форменная куртка бойца. В разных регионах она называется по-разному: бойцовка, целинка, штормовка, строевка, зеленка. Это парадная одежда бойца и главное его сокровище. На куртке располагаются знаки отличия: шевроны, нашивки, значки, накатки, отражающие принадлежность к отряду, организации, региону, а также занимаемую должность, имеющиеся достижения. У каждого отряда есть свое название, девиз, эмблема, флаг. Следует отметить, что, согласно требованиям устава, демонстрация символов и атрибутов РСО разрешена только членам молодежной общероссийской общественной организации. За много лет существования в студенческих отрядах сложился своеобразный язык – «бойцовский сленг». Он включает «особые словечки», понятия и сокращения, которые знает каждый «отрядник». Например, целинка, семестровка, межсезонка, агитка, спевка, целина, ВСС (всероссийская студенческая стройка) и т. п. Сленг бойцов студенческих отрядов отражает их принадлежность к данной организации, позволяет образно передавать информацию, выразить свое состояние и отношение к событиям. Наличие развитой системы символики, атрибутики и специфического сленга является ярким маркером студенческих отрядов как молодежной субкультуры, обеспечивая внутреннюю идентификацию и коммуникацию.

Степень автономности. Студенческие отряды обладают уникальной степенью автономности, проявляющейся в форме интегрированной подсистемы внутри доминирующей российской культуры, а не ее отрицании. Они не противопоставляют себя господствующим ценностям, нормам и моделям поведения в обществе. Интеграция выражается в поддержании и трансляции традиционных ценностей (трудолюбие, патриотизм, социальная активность), практической пользе для общества (решение конкретных социально-экономических задач). СО решают практические задачи, организуют временную занятость, способствуют профилактике негативных явлений, осуществляют трудовое и нравственное воспитание, обеспечивают приобретение профессиональных компетенций и финансовую обеспеченность. В то же время они обладают выраженным набором субкультурных черт, которые выходят за рамки обычной формы занятости и свидетельствуют об их самобытности (специфическая символика и атрибутика, стиль жизни, собственные ритуалы и традиции, ценностный стержень и др.). Это отличает их от иных вариантов автономности, контркультурных молодежных объединений. Демонстрируя интегративную автономность, студенческие отряды представляют собой самостоятельный феномен, обогащающий российское общество. Шестидесятилетняя история существования и признание деятельности РСО как «социальной нормы» подтверждают их устойчивость и значимость как развивающегося вида современной молодежной субкультуры.

Личностный критерий. Пребывание в студенческих отрядах выпадает на период взросления, когда человек начинает самостоятельную жизнь. Девушки и юноши стремятся отделиться от родительского дома, начать «своим трудом» зарабатывать «свое благополучие» и тем самым отказаться от социальной зависимости от родителей. Пребывание в отряде способствует поиску себя в новой сфере или открытию скрытых талантов. СО, нацеленные на активное и полезное проведение времени, пропагандирующие социально значимую деятельность, являются благоприятной средой для личностного роста. Они предоставляют широкие возможности для самовыражения, творчества, спорта, социальной работы, труда, помогая бойцам определиться в своих желаниях, предпочтениях и найти свое предназначение, что полностью соответствует личностному критерию молодежной субкультуры.

Отметим, что студенческие отряды не статичный феномен. Они демонстрируют развивающие характеристики, которые проявляются в нескольких аспектах. Во-первых, расширение направлений деятельности. Помимо традиционных строительных и педагогических отрядов появляются новые направления: медицинские, экологические, сервисные, отвечающие современным вызовам и интересам молодежи. Во-вторых, адаптация к цифровой среде. Все штабы РСО Архангельской области начали использовать онлайн-платформы (LMS), элементы геймификации, AR-приложения и другое для проведения мероприятий и вовлеченности. Отряды создали и активно ведут официальные страницы и сообщества в социальных сетях (например, «Штаб студенческих отрядов САФУ имени М. В. Ломоносова|РСО» в VK), где регулярно публикуют новости о наборе, мероприятиях, достижениях, фото- и видеоотчеты, опросы, оперативно обмениваются информацией, координируют общение бойцов. В-третьих, модернизация деятельности и форм взаимодействия. В настоящее время СО организуют сложные и креативные мероприятия, выходящие за рамки традиционных собраний и «сходок». Например, квесты, квизы и интеллектуальные игры, хакатоны и проектные сессии, флешмобы и перформансы и др. В-четвертых, актуализация ценностных ориентиров. Помимо базовых ценностей (труд, коллективизм, патриотизм) растет значимость экологической ответственности, волонтерства, социального предпринимательства. Обозначенные характеристики делают отряды более открытыми, динамичными и привлекательными для молодежи, отвечают их запросам на интерактивность, визуализацию и постоянное присутствие в онлайн-пространстве. В целом студенческие отряды подтверждают статус развивающегося вида молодежной субкультуры, успешно интегрируя современные тенденции при сохранении базовых ценностей и уникальной идентичности.

Результаты рассмотрения студенческих отрядов через призму характеристик молодежной субкультуры (ценности, структура, динамика взаимодействия, стиль жизни, символика, возможность самовыражения) позволяют целенаправленно использовать эти элементы для повышения эффективности воспитательной работы, а также вооружают педагогов необходимым инструментом вовлеченности студентов. В качестве примера остановимся на ценностной характеристике молодежной субкультуры и студенческого отряда. Базовыми ценностями являются коллективизм, взаимопомощь, ответственность и др. Преподаватели могут целенаправленно формировать и подкреплять эти позитивные ценности через клубы, обсуждения, тренинги, примеры из истории отряда, личные истории бойцов, распространение опыта преодоления трудностей, акцентирование важности командной работы. Так, педагоги кафедры истории поставили цель формирования у студентов ценности сохранения исторической памяти. Для этого они совместно с поисковым студенческим отрядом «Знамение», основная цель которого – поиск и установление имен солдат, пропавших во время Великой Отечественной войны, создали музей экспонатов, найденных бойцами в ходе полевых практик. Музей активно работает и пользуется популярностью у студентов. В данном примере решается не только педагогическая цель, но и задача вовлечения новых студентов в это важное дело. Следовательно, опираясь на выявленные характеристики, можно проектировать воспитательную работу со студентами образовательных организаций, учитывая личные интересы и потенциал студенческих отрядов как развивающегося вида молодежной субкультуры для формирования и поддержания традиционных ценностей (коллективизма, патриотизма, взаимопомощи), развития социальных навыков (коммуникабельность, лидерские качества, навыки решения проблем), профессиональной ориентации (практический опыт, профессиональное самоопределение и становление) и личностного роста (уверенность в себе, ответственность, самостоятельность) студентов.

 

Заключение / Conclusion

 

На основе интегрированного подхода посредством междисциплинарного терминологического анализа дефиниций субкультуры, изложенных в трудах ведущих социологов и педагогов, были выделены и интерпретированы семь критериальных признаков феномена молодежной субкультуры: ценностный, структурный, функциональный, коммуникативный, символический, критерий степени автономности и личностный. В результате сравнительно-сопоставительного анализа установлено, что студенческие отряды обладают всеми ключевыми признаками молодежной субкультуры. Для них характерны целостность и внутреннее единообразие ценностей и целей, структурированность, наличие явного центра управления, динамичность и нормативность внутренних и внешних механизмов взаимодействия, непродолжительный срок пребывания, специфический стиль жизни и манера поведения, клишированность визуального образа и речи, функциональная значимость для личности, возможность самовыражения и самореализации. В то же время СО отличаются от типичных молодежных субкультур отсутствием ярко выраженной автономности и интегрированностью в доминирующую культуру. Их деятельность может служить источником и площадкой для проектирования и реализации педагогических проектов и программ. Это отражает признание студенческих отрядов в качестве средства социальной адаптации и инструмента воспитания и развития личности. Особенностью является также значительное влияние студенческих отрядов в мегаполисах как развитых регионах с мощной системой профессионального образования. Они представляют собой эффективный механизм социализации и самореализации молодежи, способствуют формированию активной гражданской позиции, развитию профессиональных компетенций и приобретению жизненного опыта. Кроме того, выявлены развивающиеся характеристики студенческих отрядов, проявляющиеся в расширении направлений деятельности, успешной адаптации к цифровой среде, модернизации форм взаимодействия и актуализации ценностных ориентиров.

Таким образом, студенческие отряды образовательных организаций определяем как развивающийся вид современной молодежной субкультуры. Педагогическая значимость выражается в возможности концептуализации и операционализации результатов исследования для целенаправленного использования в целях повышения эффективности воспитательной работы и активизации студенческой вовлеченности в воспитательный процесс, а также в способности формирования нового инструментария для педагогов, основанного на субъектности, учете особенностей молодежной среды и интеграции актуальных молодежных трендов в систему воспитания.